Made on
Tilda
Начался набор в первое исследование PRO-1562 у человека — нового перорального препарата, разработанного для стимуляции собственной ремиелинизации центральной нервной системы. В исследовании IIa фазы эффективность будут оценивать у пациентов с ремиттирующим РС и хроническим поражением зрительного нерва.
В конце сентября 2026 года исследование PRO-1562 получило статус набора участников, а его начало запланировано на октябрь. Это первый выход препарата компании Progentos Therapeutics в клинические исследования у человека.
PRO-1562 представляет особый интерес потому, что его задача принципиально отличается от действия большинства современных препаратов для лечения рассеянного склероза. ПИТРС уменьшают воспалительную активность и риск нового повреждения миелина. PRO-1562 разрабатывается для другого этапа патологического процесса — восстановления уже поврежденной миелиновой оболочки.
Миелин в центральной нервной системе образуют олигодендроциты. После демиелинизации часть клеток-предшественников олигодендроцитов сохраняется в ткани мозга и способна дифференцироваться в зрелые клетки, формирующие новый миелин.
При РС этот процесс нередко оказывается недостаточным. Предшественники могут присутствовать в области повреждения, но не завершать созревание, особенно в хронических очагах.
По данным разработчика, PRO-1562 — небольшая молекула, проникающая в центральную нервную систему и предназначенная для активации эндогенных клеток-предшественников олигодендроцитов. Предполагается, что препарат должен стимулировать их созревание и образование новых олигодендроцитов, способных повторно миелинизировать демиелинизированные аксоны.
Конкретная молекулярная мишень PRO-1562 пока публично не раскрыта. Компания сообщает о новом биологическом механизме, выявленном и подтвержденном в доклинических исследованиях, однако подробных опубликованных данных, позволяющих независимо оценить эту мишень, пока нет.
Выбор пациентов с хронической оптической нейропатией не случаен. Зрительный путь является одной из наиболее удобных моделей для изучения ремиелинизации у человека.
После перенесенного демиелинизирующего поражения зрительного нерва скорость проведения импульса остается сниженной. Это можно количественно оценить с помощью зрительных вызванных потенциалов.
Основным показателем эффективности IIa фазы станет изменение латентности компонента P100 зрительных вызванных потенциалов через шесть месяцев лечения.
Миелин обеспечивает быстрое проведение импульса по аксону. При демиелинизации проведение замедляется и латентность P100 увеличивается. Поэтому ее сокращение после лечения может служить функциональным признаком улучшения проведения по зрительному нерву и косвенным свидетельством ремиелинизации.
Современная высокоэффективная терапия способна очень существенно снизить частоту обострений и появление новых воспалительных очагов. Но даже при хорошем контроле воспалительной активности у части пациентов сохраняется постепенное накопление инвалидизации.
Одной из причин является уже сформировавшееся повреждение нервной ткани. Потеря миелина нарушает проведение импульсов и одновременно делает аксоны более уязвимыми для последующей дегенерации.
Поэтому полноценная стратегия лечения РС в идеале должна решать две задачи: предотвращать новое иммунное повреждение и восстанавливать уже поврежденную нервную ткань.
Первая задача сегодня во многом достижима. Вторая по-прежнему остается нерешенной.
Клинические исследования ремиелинизирующих препаратов уже давали отдельные положительные сигналы. Например, в исследованиях clemastine и bexarotene наблюдалось сокращение латентности зрительных вызванных потенциалов, совместимое с улучшением проведения по демиелинизированному зрительному пути.
Однако ни один из этих подходов пока не привел к появлению одобренной ремиелинизирующей терапии. Bexarotene оказался неприемлемым для дальнейшего применения из-за выраженных побочных эффектов.
Более того, применение clemastine у небольшой группы пациентов с далеко зашедшим прогрессирующим РС в исследовании TRAP-MS было прекращено после появления сигнала ускоренного прогрессирования инвалидизации.
В 2025 году неудачей завершилась и II фаза исследования PIPE-307 — селективного антагониста M1-рецепторов, специально разработанного как потенциальный стимулятор ремиелинизации. Исследование не достигло ни основной, ни ключевых вторичных конечных точек эффективности.
Эти результаты показывают, насколько сложна задача восстановления миелина у человека. Успешная стимуляция дифференцировки олигодендроцитов в клеточной культуре или экспериментальной модели еще не означает, что препарат сможет восстановить функцию в хронически поврежденной нервной системе пациента с РС.
Главное потенциальное отличие заключается в том, что препарат разрабатывался изначально как средство регенеративной терапии, а не был найден среди уже существующих лекарственных средств.
Clemastine и bexarotene представляли собой попытку перепрофилировать препараты с известными мишенями и существенными побочными эффектами. PIPE-307 уже был специально разработанной CNS-проникающей молекулой, но его клиническая программа не продемонстрировала ожидаемой эффективности.
PRO-1562 также представляет собой небольшую молекулу, способную проникать в ЦНС, но воздействует, по заявлению разработчика, на другой и пока не раскрытый механизм регуляции клеток-предшественников олигодендроцитов.
Необычна и схема IIa фазы — препарат предполагается назначать один раз в месяц. Насколько такая фармакологическая стратегия действительно способна вызвать устойчивый процесс созревания олигодендроцитов, покажут уже фармакодинамические и клинические данные.
На сегодняшний день данных об эффективности PRO-1562 у человека нет. Фактически препарат только входит в клиническую разработку.
Первоначально необходимо показать приемлемую безопасность и подтвердить, что молекула действительно достигает центральной нервной системы в необходимой концентрации.
Лишь после этого IIa фаза сможет ответить на первый действительно клинический вопрос: способен ли препарат изменить объективный показатель проведения по хронически демиелинизированному зрительному нерву.
Даже положительный результат этой стадии еще не будет означать доказанного восстановления инвалидизации или замедления прогрессирования РС. Для этого потребуются значительно более крупные и длительные исследования.
PRO-1562 пока является экспериментальным препаратом. Исследование только начинается, и данных об эффективности или безопасности у пациентов с РС еще нет. Однако переход специально разработанного стимулятора ремиелинизации в клиническую фазу представляет интерес, поскольку восстановление уже поврежденного миелина остается одной из основных нерешенных задач современной терапии РС.
Ремиелинизация остается, на мой взгляд, одним из наиболее интересных и одновременно наиболее трудных направлений терапии рассеянного склероза.
За последние годы мы научились очень эффективно подавлять периферическую воспалительную активность заболевания. Но принципиально другая задача — восстановить функцию уже поврежденного участка центральной нервной системы. Здесь успехи пока значительно скромнее.
Само наличие клеток-предшественников олигодендроцитов еще не означает эффективной ремиелинизации. Эти клетки должны мигрировать в область повреждения, дифференцироваться в зрелые олигодендроциты, сформировать функциональный миелин вокруг сохранных аксонов и сделать это в среде хронического очага, которая далеко не всегда благоприятна для восстановления.
Есть и еще одно ограничение. Ремиелинизировать можно только сохранный аксон. Если аксон уже погиб, восстановление миелина не вернет утраченную нервную функцию. Поэтому потенциально такие препараты могут оказаться наиболее эффективными не на самых поздних стадиях заболевания, а в тот период, когда демиелинизация уже существует, но значительная часть аксонов еще сохранена.
Именно поэтому дизайн исследования PRO-1562 мне кажется разумным. Хроническое поражение зрительного нерва дает достаточно чистую модель. Нового острого неврита уже нет, пациенты продолжают стабильную терапию РС, а состояние проводящего пути можно измерять объективно с помощью зрительных вызванных потенциалов.
Латентность P100 в этом отношении особенно удобна. Если проведение по давно демиелинизированному зрительному пути после лечения устойчиво ускорится, а результат будет подтверждаться МРТ-показателями миелина, это будет значительно интереснее субъективного улучшения какого-либо клинического симптома.
При этом история исследований ремиелинизации заставляет быть осторожным. Clemastine, bexarotene и PIPE-307 показали, что хороший биологический механизм и даже отдельные электрофизиологические сигналы далеко не всегда превращаются в эффективную терапию.
Отдельный вопрос вызывает то, что молекулярная мишень PRO-1562 пока не раскрыта и полноценные доклинические данные не опубликованы. Пока мы в значительной степени опираемся на информацию разработчика о способности препарата стимулировать созревание клеток-предшественников олигодендроцитов.
Тем не менее сам переход нового механизма к исследованию у человека — важное событие. Если PRO-1562 действительно сможет продемонстрировать объективную ремиелинизацию, следующим и гораздо более сложным вопросом станет то, приводит ли восстановление миелина к сохранению аксонов, улучшению функций и, в конечном счете, к снижению риска прогрессирования инвалидизации.
Именно сочетание ранней высокоэффективной противовоспалительной терапии с действительно работающими средствами нейропротекции и восстановления миелина, вероятно, является той моделью лечения РС, к которой мы хотели бы прийти в будущем.